Для российской электроэнергетики 2013 год стал переломным — впервые сетевые компании, расположенные на территориях ценовых зон оптового рынка, получили статус гарантирующего поставщика электроэнергии (ГП). Этот статус дает не только право приобретать электроэнергию на оптовом и продавать на розничном рынке, но и обязывает заключить договор энергоснабжения с любым обратившимся лицом. Такой статус сетевые компании получили потому, что предыдущие ГП не смогли рассчитаться по долгам с генерирующими компаниями. Число регионов России, где сетевые компании стали гарантирующими поставщиками электроэнергии, достигло восьми и будет расти.

Розничный рынок электроэнергии в России сформировался в результате реформы электроэнергетики, проведенной РАО «ЕЭС России» в рамках концепции «5+5» с 2003 по 2011 год. Главными целями реформы было повышение эффективности предприятий электроэнергетики и создание условий для развития отрасли на основе частных инвестиций. Повышение эффективности предполагалось достичь в том числе за счет разделения отрасли на естественно-монопольные (в основном передача и распределение электроэнергии, диспетчеризация) и конкурентные (производство электроэнергии, сбыт) виды деятельности.

Объем розничного рынка электроэнергии в России оценивается более чем в 2 трлн руб. в год, а число гарантирующих поставщиков на нем — порядка 400. Причем на 80 крупнейших ГП приходится свыше 2/3 выручки и, соответственно, задолженности перед поставщиками оптового рынка электроэнергии. Именно эта задолженность и стала причиной лишения ряда организаций статуса ГП и передачи его сетевым компаниям. Энергосбытовая функция является логическим продолжением сетевой функции, поскольку распределение и сбыт электроэнергии происходят одномоментно. На сегодняшний день модель розничного рынка электроэнергии, существующая в России, имеет отличия от моделей в других странах. Например, в США и большинстве европейских стран роль гарантирующего поставщика выполняют распределительные компании — «поставщики стандартного предложения».

Электрическая энергия является товаром первой необходимости для граждан и для организаций, поэтому гарантирующий поставщик должен быть оплотом надежности энергоснабжения, основой энергетической безопасности региона. Значит, и требования к таким компаниям, исполняющим государственную функцию, и контроль их деятельности должны быть на высшем уровне.

В процессе реформирования энергетики Российской Федерации, в целях контроля за финансовой дисциплиной гарантирующих поставщиков электроэнергии, которые не имеют материальных активов, изначально был предусмотрен механизм лишения недобросовестных организаций такого статуса. При этом до настоящего времени, ввиду длительности нормативно установленной процедуры присвоения статуса ГП другой организации, данная мера не работала, что позволило собственникам таких организаций долгое время избегать ответственности за злоупотребления.

В 2011 году на заседании правительственной комиссии по развитию электроэнергетики, состоявшейся на Саяно-Шушенской ГЭС, президент России Владимир Путин отметил многочисленные финансовые нарушения в сфере оборота электрической энергии, допущенные собственниками и руководством отдельных энергосбытовых компаний. В начале 2013 года, после того как российское правительство внесло изменения в «Основные положения функционирования розничных рынков электрической энергии», этот механизм заработал, и с 1 февраля четыре дочерние компании МРСК осущест­вили прием статуса гарантирующего поставщика в шести субъектах России, а с 1 марта — еще по двум территориям. Полученные в процессе приема функ­ций ГП по указанным регионам положительные результаты доказывают компетентность сетевых организаций в вопросах работы с потребителями электроэнергии и высокий уровень ответственности. По сравнению со сбытовыми компаниями МРСК имеют серьезное преимущество — наличие материальных активов и финансовых ресурсов, которыми сетевые компании могут отвечать по своим обязательствам. Лишнее тому подтверждение — обеспечение 100-процентного уровня расчетов на оптовом рынке электроэнергии по всем регионам, где произошел «подхват» функций ГП.

Гарантирующий поставщик не является представителем конкурентной среды, он не вправе выбирать клиентов и не вправе устанавливать цены на электроэнергию. Ровно такие же принципы работы были у сетевых организаций. Гарантирующий поставщик — де-факто монополист на розничном рынке электроэнергии, а сетевые компании — естественные монополисты на рынке услуг по передаче электроэнергии. Содержать же две монополии на одном рынке потребителю не под силу: у каждой компании свой руководитель, бухгалтерия, кадровая и юридическая службы, штат инспекторов и контролеров, автопарк. Причем юристы обеих компаний заняты тем, что судятся друг с другом. Все, что раньше делал один человек, теперь делают двое.

Поэтому электроэнергия обходится потребителям все дороже. Но при этом деньги не доходят до производителей этой самой электроэнергии. Причина — хозяева недобросовестных ГП распоряжаются деньгами потребителей, мягко говоря, нецелевым образом. Предполагалось, что конкуренция среди гарантирующих поставщиков будет проявляться на регулярных конкурсах — победителем признают того, кто предложит лучшие условия обслуживания потребителей по самой низкой цене. Однако до настоящего времени не было проведено ни единого конкурса. Так что сокращать издержки незачем — альтернативы этому поставщику на территории не было.

Также «традиционные» ГП не заинтересованы в снижении уровня коммерческих потерь электроэнергии — все похищенные и неоплаченные киловатт-часы сети обязаны приобрести у поставщика. Расплачиваться за это в конечном счете приходится всем потребителям.

В перспективе необходимо исключить дублирование одних и тех же функций на розничном рынке — это даст реальную экономию для потребителей. Сети, являясь технологической основой электроэнергетики, способны обеспечить не только надежность и бесперебойность энергоснабжения, но и качество обслуживания потребителей по разумной цене, в том числе за счет синергического эффекта от совмещения сетевой деятельности и функций гарантирующего поставщика. Все возможности и компетенции для исполнения функций ГП у сетевых компаний есть, и состоявшийся «подхват» функций ГП в восьми регионах — очевидное тому подтверждение.