«Росатом» стремится соответствовать званию «государства в государстве»: уже более года разрешением споров внутри корпорации занимается собственный третейский суд. Госкорпорация не единственная, кто старается не выносить сор из избы. Подобные третейские суды успешно функционируют в еще нескольких крупных компаниях.

Правление «Росатома» приняло решение учредить Центр третейского регулирования и правовой экспертизы еще в начале 2010 года, вскоре при ней был образован третейский суд для разрешения экономических споров. Целью деятельности суда, согласно материалам госкорпорации, является «независимое, компетентное, конфиденциальное и оперативное» третейское разбирательство экономических споров между организациями атомной отрасли.

В опубликованном вчера публичном отчете за 2010 год «Рос­атом» подвел первые итоги деятельности своего третейского суда. С момента начала его работы (июль 2010 года) к рассмотрению было принято семь судебных дел. По трем из них решения были приняты еще в 2010 году, по остальным — в январе и феврале 2011-го.

«Этот суд для нас полезен и выгоден. И цели, для которых он создан, оправдываются и достигаются», — делится впечатлениями начальник судебно-претензионного отдела «Росатома» Кирилл Кульбачко.

«Теоретически любая крупная корпорация может создать третей­ский суд. Это ничем не нарушает закон. Более того, это распространенная практика», — комментирует партнер юрфирмы Art de Lex Андрей Агешин. В России третейские суды внутри корпораций особенно популярны среди нефтегазовых компаний: третейский суд при «Газпроме» был создан еще в 1993 году и с тех пор рассмотрел свыше 1000 споров, рекордные 1700 дел рассмотрел с конца 1994-го суд ЛУКОЙЛа, есть суд и при «Транснефти». Помимо нефтяников свой третейский суд имеет, например, Уральская горнометаллургиче­ская компания.

В оценке третейских судов при корпорациях эксперты неоднозначны. «Отраслевые суды вообще быстрее рассматривают дела, там заняты специалисты узкой квалификации», — рассуждает адвокат Агешин. Если они решают споры внутри корпорации, между «дочками», они еще и разгружают головную компанию, нет нужды идти к начальству и занимать его время несвойственными функциями. Как и нет необходимости выносить сор из избы и идти в госсуд. «В идеале арбитры третейских судов имеют возможность более детально изучить дело, т.к. не связаны жестко процессуальными сроками его рассмотрения», — добавляет руководитель группы по разрешению споров Vegas Lex Вадим Кодол.

С другой стороны, такой суд может рассматривать и споры с внешними контрагентами. «Тогда возникает серьезный вопрос о его независимости», — говорит Андрей Агешин. Хотя арбитры должны подчиняться закону и регламентам суда, трудно оценить, остаются ли они действительно беспристрастными, если одна из спорящих сторон никак не связана с корпорацией.

«Самое неприятное, — продолжает адвокат, — что иногда при заключении договора с третьей стороной в нем может быть прописано, что споры будут решаться именно в этой инстанции». Впрочем, отмечает эксперт, в большинстве случаев, если решение третейского суда не устраивает одну из сторон, она вправе обжаловать это решение в арбитражном суде.